2009-11-20 16:03:00

Православные блоггеры хотят провести многотысячный крестный ход в день похорон священника Даниила Сысоева

Москва. 20 ноября. ИНТЕРФАКС – Сотни пользователей русскоязычного "Живого журнала" перепечатывают сообщения с призывом выйти на крестный ход в день похорон священника Даниила Сысоева, убитого выстрелом в голову в ночь с четверга на пятницу.

"Надо было бы ответить 400-тысячным крестным ходом на убийство священника в Москве. И по Тверской до Кремля. Но этого не будет. Поскольку здесь не будет вообще ничего", - написал в ночь с четверга на пятницу в своем блоге политолог Александр Морозов.

В свою очередь член синодальной богословской комиссии Аркадий Малер отметил в своем блоге: "Идею всеобщего крестного хода я считаю абсолютно правильной, и более того, это тот самый редкий случай, когда любые разногласия не имеют никакого значения - нужно просто продемонстрировать всем, что православный народ реально существует. Это вообще не политика, это гораздо важнее".

"Если в Москве есть православные, то на прощание с отцом Даниилом Сысоевым должен выйти многотысячный крестный ход. Если этого не будет, то все мы вообще никто, звать нас никак, и можно дальше продолжать вытирать об нас ноги", - написала в своем блоге владелица аккаунта samurfila.

В течение утра пятницы три этих сообщения были перепечатаны сотнями пользователей "Живого журнала". Тысячи блоггеров из разных городов России подтвердили свою готовность приехать на крестный ход памяти священника Даниила Сысоева.

По мнению большинства православных блоггеров, выразивших желание прийти на крестный ход, это должно быть церковное, молитвенное мероприятие без политических лозунгов, проходящее по благословению священноначалия.

Наверное, в день народного единства все – русофилы и русофобы, красные и белые, согласятся лишь в одном: Россия - наша Родина. А вот за пределами этой фразы начинаются споры.

    Предлагаю считать патриотизм естественным чувством человека, как это принято во всем мире. В том числе - в "цивилизованном", т.е. в том, который развязывает войны, стремится захватывать чужие территории и богатства, порабощает народы.

    Русская цивилизация, русский мир изначально были иными: защищались, осваивали, культивировали. А вот патриотизма все стесняемся.

    Давайте заканчивать гражданскую войну в головах. Наша история - это наше общее достояние. И делимся мы - по самому главному счету - не на "советчиков" и "антикоммунистов", а на тех, кто связывает с Россией свое будущее и будущее своих детей, и на тех, кто дает "советы постороннего", а будущее строит в других местах.

    Вот с такими "советчиками" мне не по пути в день народного единства!

А вообще-то верно заметил Игорь Фроянов, один из последних честных русских историков: окончательное изгнание захватчиков произошло 7 ноября.
Так что во избежание разногласий пусть белые и красные празднуют все эти дни.
Только бы захватчики были изгнаны!

В одном любимом мною блоге началось обсуждение темы застоя. Вообще, думаю интереснее в художественном плане об этом, чем в романе Юрия Полякова "Замыслил я побег" и в социологических текстах С.Кара-Мурзы - не выскажешься. Во многих смыслах это действительно "золотой век" (интересен образ "Леонида Доброго" у Сергея Семанова), но золото во многом оказалось сусальным.
В нашей империи наоборот, высасывавшей силы и соки государствообразующего народа, этот позолоченный период оказался последним. Продажность элиты, хотевшей обратить свою власть в мат.ценности, доверчивость народа, вымороченность позднего этапа марксизма-ленинизма, общая "усталость материала", неуважение к предкам - все это слилось в страшный снежный ком событий. Как и за 70 лет до того. Наш самолет, по замечательному выражению Ю.Бондарева, действительно не знал, куда он приземлится. Вместо Дэн Сяопина у нас был Александр Яковлев - крестьянский сын, ставший парт.бонзой, а по духу - босяк, ненавидящий все укорененное, вековечное, ненавидивший саму русскость (знаменитый донос против "русистов", как их назовет потом Андропов - опять адресую к книге С.Семанова об Андропове).
Да, одни не знали - и поэтому их обманули. Другие знали, но радостно обманывали. Последний всплеск надежд на перемены, искренних чувств, кипение мыслей (пусть и выливавшиесмя в тысячные демонстрации в поддержку Гдляна и Иванова) - и великое "кидалово" перестройки.
Помню отрочество эпохи застоя: ощущение великой страны, и в то же время тоски, скуки.
Помню и юность времен перестройки: сколько вновь опубликованного, религиозной русской мысли, сколько эмоций, попыток осмыслить недавнее прошлое!
Ощущение ненужности себя в "этой стране"  после 1991 и 1993 гг.(ненавистное выражение - но в 90-е русские действительно были в своей стране как в "этой -  "точно иностранец").
Всплеск надежд, когда показалось, что мы выходим из пике - в начале 2000-х. И снова ощущения обмана, стагнации, загнивания, неправды.
О Русь моя, куда ж несешься ты? Куда ж нам плыть?

Очень хотелось бы узнать, как представляет г.Президент ту самую "национальную идею", поисками которой была озабочена некоторая часть общества энное количество лет назад?
Ведь такой вопрос был сформулирован ВЛАСТЬЮ и задан НАРОДУ. Народ разнообразно на него отвечал. А что думает сама ВЛАСТЬ об этом? Или ничего не изменилось с тех пор, как В.В.Путин сказал, что главной идеей должна стать идея создания максмимально эффективного государства?
А может быть родилась какая-то более "гуманитарная" ее формулировка? Ведь не хлебом единым жив человек, особенно русский (т.е. российский - во всем его многообразии: русский русский, русский татарин, русский чеченец и пр.).
И, кстати, не пора ли в России, стране, где основной государствообразующий этнос НИКОГДА НЕ ПОДАВЛЯЛ другие этносы,  перестать стесняться слова "русский"?
Ведь идея МИРНОГО И ВЗАИМОПОЛЕЗНОГОО СОСУЩЕСТВОВАНИЯ народов внутри русской цивилизации - это, возможно, и есть одна из формулировок РУССКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕИ?

С уважением и надеждой на ответ,
Мария

 В идеале нужно возвращение к традиционному пониманию интеллигента как образованного индивида, опирающегося на классическую систему ценностей, этическую программу. Но, думаю, сейчас этого уже мало. Нужна укорененность, кровная, «самая смертная связь» этого нового интеллигента c русским духовным полем. Иначе его опять ждет судьба описанного Г.Федотовым беспочвенного меченосца, лавирующего между симплигадскими скалами хищной элиты – с одной стороны, и обезумевшей массы, которая сначала  «корчится безъязыкая», а потом превращается в лучшем случае – в дубину народной войны, в худшем варианте – в торжествующего хама, «ликующую гопоту».

В конце концов, проект «русификации» этого беспочвенного ордена, частично произошедший в «веховский», эмигрантский и советский период, а затем, на волне последней русской революции 1990-х, опять «прикрытый»,

этот проект остается последним шансом для преодоления пропасти между «интеллигенцией и народом». И вопрос, кто здесь больше нуждается в спасении – народ или интеллигенция – остается открытым.

     Если совсем коротко ответить на поставленный вопрос: окончателен ли диагноз смерти российской интеллигенции? – то можно сказать: окончателен, если интеллигенция не избавится от своих злокачественных родимых пятен, о которых говорилось выше. Ее сменят яйцеголовые интеллектуалы – узкие профессионалы в своих сферах.

Но это во многом будет связано и с превращением русской цивилизации в часть мирового западнистского проекта – в качестве сырьевого придатка и свалки для золотого миллиарда. Насколько «русский мир» не согласится с этим проектом, настолько остаются и шансы для русской интеллигенции – наконец-то действительно стать мозгом нации (а также, по возможности, и ее совестью), а не другой субстанцией, о которой со свойственной ему полемической злобностью сказал один известный российский интеллигент.

     Итак, интеллигенция включает в себя, по традиционной классификации трудовую часть (врачи, учителя, музейные и библиотечные работники, вероятно, образованные офицеры и священнослужители);

творческую (писатели, режиссеры, композиторы, актеры и пр.); новоначальная составляющая интеллигенции – манагеры, брокеры и дилеры, т.н. недосформированный средний класс. (Неслучайно в Германии интеллигенцией называли «образованный средний класс»).

Интеллигенция - это слой мыслящих людей с высоким уровнем образования (в России), отличавшийся в дореволюционное время идеалом общественного служения и сочувствием народу,

в советское - со-трудничеством с народом в гос.строительстве, а также критикой этого же государства,

в постсоветское - примкнувший либо к обездоленному большинству народа, либо - к олигархическому истеблишменту с соответствующим презрением к народу (эта страна, быдло и т.п.) и постепенно утративший как высоту этоса, так и идеальность запросов.

 

Другое определение этой прослойки – скриптосообщество, т.е. те, кто свои мысли, опасения, желания и пр. выражает в письменных текстах.

Может быть, точнее – медиаакторы, ибо то, что не существует ныне в медиа, в СМИ, то стремится к исчезновению в общественном сознании.

Для меня в идеале российский интеллигент – это интеллектуал, обремененный этическим грузом и ставящий социальное служение выше личного интереса, а также укорененный в русской исторической и духовной традиции.

Вбрасывание лозунга «все дозволено» (кроме того, что запрещено, но опыт приХватизации показал, что для избранных и закон – что дышло) и лозунга «обогащайтесь», «бери от жизни все» делают это этическое обременение излишним. Таким образом, олигархическим капитализмом востребованы яйцеголовые, обслуживающие его интересы, но никак не этический тип традиционного русского интеллигента. Отсюда и выпадение на обочину общественного обсуждения таких типичных интеллигентских вопрошаний, как «что делать?», «кто виноват?», «куда ж нам плыть?».

 

 

2. Эмиграция внутренняя (часть богемы, не вошедшая в «общество спектакля», а также примкнувшая к ней та разновидность нищеты (печальный неологизм из последнего по времени романа Ю.Полякова «Гипсовый трубач»),  которую принято раньше было считать становым хребтом земства, т.е. учителя, врачи, преподаватели, инженеры;

3.Третье пристанище – самое комфортное и заметное – нашлось для той части постсоветской интеллигенции, которая вросла в «общество потребления» и «великое буржинство» попсы, тусы и гламура (та же богема, только более «успешная», журналисты, раковые новообразования под кодовым наименованием «политологи», «политтехнологи», «эксперты» - имя им легион).

 4.При этом классическая интеллигенция, сформированная еще в петербургский период русской истории, осталась в виде узкого, но влиятельного сословия. Оно отличается той же беспочвенностью – но только по отношению к «исторической Родине» - России.

Запад остается для нее Родиной духовной, объектом мечты, часто местом приложения временных трудовых усилий, но в любом случае именно там для нее «дышит почва и судьба».  Если рахметовы и базаровы скрывали под презрением к людям и цинизмом готовность отдать за них жизнь (Г.Федотов), то современный россиянский интеллигент не скрывает своего ИСКРЕННЕГО презрения к народу («быдло») и враждебность не только к государству, но и к самой стране («эта страна»). Неизменными остались цинизм, фанатизм, нежелание слышать оппонента, глубинное, до истерики, неприятие православия и всего «посконного» (т.е.исторически укорененного) в России, ее судьбе, ее грехах и ее подвигах.

 

 

Несколько (не)своевременных мыслей об интеллигенции в России

 

     Еще Георгий Федотов определил интеллигенцию как орден, отличающийся беспочвенностью своих идей и идейностью своих задач. Он исключил из нее профессионалов – от профессоров до ветеринаров, назвал силой, противостоящей и государству, и народу, наконец, сказал, что с петровских времен она оказывалась враждебной православию и исторической России.

«Вехи» дали родовые черты российской интеллигенции предреволюционного времени: фанатизм вместо религиозности, неделовитость, недобросовестность в работе, деспотизм и неуважение к чужой личности и чужой мысли, т.е. отсутствие «умственной совести», глубинную чуждость народу.

      Путь интеллигенции после революции – от «философского парохода» – с одной стороны, и пламенной поддержки Ш Интернационала – с другой.

Эмиграция продолжила во многом «веховский» путь осмысления интеллигентского пути (но не только).

Советская интеллигенция прошла дорогу от идей «американского» материализма и накопительства (нэп) к более почвенной идее совместного с государством «трудничества», частично вынужденного («великие стройки коммунизма»), частично – самостоятельно-искреннего (романтизм «суровых будней», поэтика Братской ГЭС и целины – вплоть уже до умирания этой искренности в натужной радости БАМа).

     Постсоветская интеллигенция проделала путь от перестроечного шапкозакидательства («Запад нам поможет!») к 4 историческим и духовным пристанищам:

1.Эмиграция внешняя (т.н. утечка мозгов - в среде  интеллектуалов, которых мы все-таки с советских времен – спецы! -  причисляем к интеллигенции);

а также неоколбасный путь для омещанившейся прослойки этой «прослойки», который маргинальная  часть сов.интеллигенции начала торить с 1970-х годов)

Давненько не брала я в руки шашек.
Вот, когда уже напишешь, вдруг вспомнится: а ведь это я не просто, как обычно, цитирую любимого автора, а цитирую в ЕГО день. И много всего будет о нем в этот день наговорено. Но главное, наверное,  это то что трудно найти более оригинального русского писателя в веке девянадцатом, когда все подражали либо - привычно - французам, либо английским романтикам. Это уже ХХ век, когда будет еще страшнее жизни мгла, даст нам и Платонова, и Есенина, и Шукшина. А в Х1Х, по крайней мере, до Лескова, только Николай Васильевич.
И какую же ярость будут сегодня подавлять в себе русофобы всех мастей!  Ведь действительно - трудно найти гения, который бы столь явственно демонстрировал абсолютное историческое, духовное, экзистенциальное единство всего русского народа - и велико, и мало- и белоруссов. Будут его "редактировать", белить, чернить, румянить - каждый на свой убогий лад. И Янкеля сделают всенепременно только положительнейшим героем.
А как же - мы ведь должны быть толерантами. Т.е., выражаясь по-русски - терпилами.
Спасибо тебе, Николай Васильевич, за то что показал неслиянность и нераздельность великороссов и малороссов, России и Православия, смешного и трагического. И Россия у тебя не только печальна, но и очень весела, и молода, и здорова. Поучимся гоголевскому оптимизму, заразимся молодецкими доблестями его еще очень юного  народа.
Ведь не только же рожи и хари "духов русской революции" он нам кажет. Они, эти черти, все-таки боятся крестного знамени, и Вакула при всем его простодушии, одерживает над ними победу. Будем и мы надеться, что русские витязи очухаются от своего обморока духовного. И поднимутся, и оглядятся, и увидят, что дел накопилось на земле русской невпроворот. Спать некогда.
Николай Васильевич, разбуди нас своим смехом!

Во Франции существует Совет по нравственности из 9 человек, который действует как Конституционный суд. У нас д.б. не подчиненная правительству служба по надзору за СМИ, а представительский орган. В Думе было предложение: 3 человека от Президента, три от правительства и по три от палат парламента. И это должны быть общественно значимые авторитеты. Хотя, понятно, что функции «нового Лихачева» сейчас маловозможны, а его вакансия свободна. Но есть люди, к мнению которых будут прислушиваться все: В.Распутин, Н.Михалков, С.Говорухин, Л.Рошаль, С.Капица (кто следующий?).

Депутат Госдумы С.Обухов сформулировал четко: ТВ должно быть таким, чтобы его было не стыдно смотреть вместе С ДЕТЬМИ!

Сейчас, по его словам, на ТВ доминирует три С: страх, секс, сенсация.

Или, по словам известного петербургского социолога В.Е.Семенова, три Б:

бандит, бездельник и блудница.

 

Далее у меня был экскурс в историю представлений о нравственности и контент-анализ некоторых каналов.